Значение общественных организаций для антиалкогольной и антинаркотической политики Швеции

Значение общественных организаций для антиалкогольной и антинаркотической политики Швеции 
Текст доклада Пера Юханссона, шведского эксперта общественной организации «Союз за общество без наркотиков (RNS)»

Швеция и общественная активность населения

Шведская антиалкогольная и антинаркотическая политика в большой мере сформировалась под давлением общественных организаций, так называемого народного движения. В те периоды, когда влияние этих организаций было сильным, политика была более жесткой и ограничительной, когда же оно ослабевало, политика становилась более мягкой в отношении злоупотребления алкоголем и наркотиками.

Здесь я намерен дать краткий исторический обзор развития народного движения в Швеции, а затем рассказать о том, какова ситуация на сегодняшний день – как выглядят организации, борющиеся с алкоголем и наркотиками, и каково их влияние на политику государства в целом.

Во второй половине девятнадцатого века в Швеции начали формироваться три большие группы общественных организаций: независимые церкви, движение трезвенников и рабочее движение. Все они черпали вдохновение из-за рубежа. Рабочее движение следовало примеру Германии, а независимые церкви и движение трезвенников ориентировались в первую очередь на Англию и США.

Первые независимые церкви были основаны в Швеции около 1840 года людьми, которые имели иной взгляд на религию, нежели государственная шведская лютеранская церковь. Уже в восемнадцатом веке во многих уголках страны люди собирались на дому вместе читать Библию и молиться. Существовали законы, запрещающие религиозные собрания вне церкви, однако к таким явлениям относились более-менее терпимо – пока они не выливались в открытую оппозицию господствующей церкви. В 1848 году Фредерик Олаус Нильссон основал на западном побережье первую в Швеции баптистскую общину. Баптисты не признавали крещения в младенчестве, принятого в шведской церкви, считая, что осознанное крещение во взрослом возрасте – единственно истинное. В 1850 году Нильссон был приговорен к изгнанию из страны, что вызвало огромный резонанс как в стране, так и за рубежом. Несмотря на трудности, баптизм распространился, и к концу пятидесятых годов девятнадцатого века в стране насчитывалось 95 баптистских общин, в которых состояло в общей сложности 4300 членов. Религиозное пробуждение продолжало распространяться, вопреки сопротивлению официальных властей. Слишком многие были недовольны проповедями официальной церкви и хотели присоединиться к движению, где принят более глубокий и эмоциональный подход к христианскому учению.

Важной задачей независимых церквей стала борьба с широко распространенным в те годы пьянством. В середине девятнадцатого века алкоголизм стал настоящей национальной болезнью в Швеции и способствовал росту нищеты и прочим социальным проблемам. Уже в тридцатые годы девятнадцатого века стали образовываться союзы, призывающие к умеренному потреблению алкоголя. В первую очередь старались убедить народ не пить водку. Главной фигурой раннего движения трезвенников был пастор Петер Висельгрен. Живя в Сконе на юге Швеции, он успешно работал над распространением идей трезвенничества.

Висельгрен ездил в длительные турне по Швеции и выступал на собраниях. Будучи прекрасным оратором, он умел увлечь публику, приводя живые примеры пагубных последствий пьянства. По его примеру стали по всей стране возникать союзы трезвенников.

Раннее движение трезвенников, как было уже сказано выше, предполагало умеренность и не требовало от своих членов полного воздержания от употребления алкоголя. Эти организации не обладали достаточным жизненным потенциалом. В 70-е годы стали возникать новые организации, созданные по иностранному образцу, где полная трезвость была обязательным требованием для членства в организации. Члены организации зачастую были активными членами той или иной независимой церкви, поэтому движение трезвенников имело поначалу религиозную окраску. Новые организации трезвенников стали возникать по всей Швеции, в них вступало большое количество людей. Во многих уголках страны эти организации строили собственные дома, где люди встречались и проводили собрания. Многие уделяли этим собраниям и другим мероприятиям, организованным союзом, большую часть своего свободного времени.

Пер Юханссон

Пер Юханссон

Организации трезвенников стали для огромной массы людей школой проведения собраний и работы в общественной организации. Членам союзов пришлось учиться выступать перед другими людьми, соблюдая определенные правила, принятые в организации, а на пост председателя и секретаря каждый раз предлагались новые кандидатуры. Организации строились по принципу «один член – один голос», женщины имели право голоса наравне с мужчинами. Таким образом, движение трезвенников оказалось на переднем крае борьбы за демократию. Члены организации трезвенников вырастали в сознательных граждан, многие из них стали потом выдающимися политиками. В недрах растущего рабочего движения трезвенники играли большую роль, и в течение многих лет социалистические партии придерживались очень строгих взглядов на алкоголь.

Рабочие союзы начали создаваться еще в 60-е годы девятнадцатого века, однако истинного размаха это движение достигло лишь к концу века. Поскольку оно угрожало экономическим интересам работодателей, с ним вели жестокую борьбу, как сами работодатели, так и политическая система в целом, которую в это время контролировали партии и группы, выражающие интересы крупного капитала. В это время в Швеции право голосовать на выборах находилось в прямой зависимости от доходов и имущества в собственности, поэтому большинство населения попросту не имели избирательного права.

В начале борьбы главной задачей профсоюзов было отвоевать себе право на существование. Работодатели просто-напросто увольняли рабочих, которые становились членами профсоюзов. Если их жилье также принадлежало предприятию, где они работали, то их выселяли и они оказывались на улице. Решающим событием в этой связи стало выселение 40 семей рабочих на суконном предприятии Макмюра за то, что они образовали профсоюз. Это событие вызвало волну возмущения, как среди простых людей, так и в высших слоях общества, и ускорило процесс заключения договора между союзом работодателей и национальной организацией профсоюзов. По этому договору за рабочими закреплялось право образовывать профсоюзы, но и работодателям гарантировались значительные права.

Рабочее движение превратилось в начале двадцатого века в мощное всенародное движение, объединявшее представителей различных возрастных групп и разных профессий. В результате этого начали все более доминировать идеи реформизма. Некоторые, особенно самые молодые, стремились к тому, чтобы взять власть силой. Но большинство выступали за реформирование системы выборов, чтобы все мужчины и женщины получили избирательное право и таким образом могли обрести власть, постепенно преобразуя общество. Правящая консервативная партия всячески сопротивлялась этому процессу, стремясь сохранить власть. Однако на нее оказывалось все большее давление, и в связи с Первой мировой войной политический климат в стране изменился. Партия власти и капиталисты испугались возникновения революционной ситуации и пошли на уступки в вопросах о выборах, дабы избежать такого развития событий. Сразу после войны вышел закон о всеобщем избирательном праве, что привело к настоящему торжеству демократии в Швеции. Консервативная партия утратила свою сильную политическую позицию, с тех пор в государстве стали доминировать либеральная и социально-демократическая партии.

Движение трезвенников вело в конце девятнадцатого – начале двадцатого века ожесточенную борьбу с алкоголем, добиваясь его полного запрета. В те времена не проводились опросы общественного мнения, но разумно предположить, что более половины населения поддерживали идею о полном запрете алкоголя. Вскоре после принятия закона о всеобщем избирательном праве был проведен первый в Швеции всенародный форум по вопросу о полном запрете на алкоголь. Еще один важный факт, относящийся к делу — за несколько лет до того была введена строгая система карточек на алкоголь, позволяющая выкупать его не более определенного количества в месяц. В результате этого острота проблем, связанных с алкоголем, резко уменьшилась. Это, в свою очередь, привело к тому, что при проведении всенародного форума большинство населения с очень небольшим перевесом высказалось против полного запрета на алкоголь. Забегая вперед, можно сказать, что это оказалось для Швеции большой удачей. Те страны, которые провели у себя полный запрет, столкнулись с новыми большими проблемами в его поддержании и со временем были вынуждены от него все же отказаться. Шведская карточная система просуществовала до 1955 года и в общих чертах функционировала вполне эффективно.

В годы карточной системы потребление алкоголя поддерживалось на низком уровне, особенно трудно было алкоголикам, так как доставать алкоголь в больших количествах было невыносимо трудно. Поэтому такие заболевания, как белая горячка, стали встречаться достаточно редко, и ожидаемая средняя продолжительность жизни алкоголиков стала приближаться к средней продолжительности жизни населения в целом. Однако проблема заключалась в том, что никто не поддерживал карточную систему. Население считало ее неудобной, к тому же причины ее введения со временем забылись. Распространенность пьянства на рубеже веков к середине двадцатого века оказалась забыта.

Участники движения трезвенников недолюбливали карточную систему, так как именно из-за нее была проиграна битва за введение полного запрета на алкоголь. Вместо того чтобы объединиться в поддержку карточной системы, трезвенники использовали свое влияние, чтобы добиться ее отмены, что и произошло в 1955 году.

Однако в те времена движение трезвенников было по-прежнему очень влиятельным и за счет своих прочных позиций на политической арене могло поддерживать жесткую ограничительную политику в отношении алкоголя в течение многих лет после отмены карточной системы. Основными инструментами сдерживания являлись высокие цены и ограниченная доступность. Алкоголь продавался только в магазинах государственной монополии, а ресторанам было сложно получить разрешение на продажу спиртных напитков. Действительно, после 1955 года потребление алкоголя на душу населения выросло, однако вплоть до наших дней оно оставалось в Швеции одним из самых низких в Европе. Это подтверждали и высокая продолжительность жизни и хорошее состояние здоровья населения в целом.

В последние годы позиции движения трезвенников значительно ослабли. Количество членов движения сократилось, и доля трезвенников в риксдаге (парламенте) невелика. С вступлением Швеции в ЕЭС совершенно другие силы стали играть ведущую роль в вопросах антиалкогольной политики. Основная концепция ЕЭС заключается в том, что деньги и товары должны свободно циркулировать внутри союза, а так как алкоголь воспринимается в качестве такого же товара, как все прочие, Швеция была вынуждена приспосабливаться к тем правилам, которые выработали другие страны партнерства. Мы вынуждены были снять многие ограничения, и в ближайшее время, по всей вероятности, придется снизить налог на продажу алкоголя, дабы соответствовать политике крупных стран-членов. Все это уже привело к росту потребления алкоголя на душу населения, и потребление будет продолжать расти – до каких пределов, никто не знает.

Швеция и наркотики

Что касается ситуации с наркотиками, тут положение в чем-то сходное с вышеописанным, но есть и отличия. Проблемы с наркотиками в крупном масштабе в Швеции начались в середине 60-х годов. Разумеется, наркотики в стране существовали и раньше, но проблемы имели локальный характер. Когда нарастающая проблема наркомании оказалась в фокусе внимания средств массовой информации, политики и органы власти оказались застигнуты врасплох и продемонстрировали полную беспомощность. В этом нет ничего удивительного, так как их познания в этой области были ограничены или вообще отсутствовали. В то время внимательно прислушивались к мнению людей, которые сами выдавали себя за экспертов, зачастую не имея соответствующих знаний или практического опыта. Большинство из них были молодые люди с естественнонаучным образованием, которые настаивали на том, что наркомания – болезнь, и что заниматься ею должны врачи и прочий медицинский персонал. Полиция же и правоохранительные органы не должны иметь к наркоманам никакого отношения. В 1965 году была создана особая организация «Союз помощи зависимым от лекарственных средств», которая проводила в жизнь идею о том, что наркоманы должны получать наркотики по рецептам врачей. Такой эксперимент был проведен в Стокгольме в 1965-1967 годах — с катастрофическими результатами.

Та небольшая группа людей, которая имела опыт работы с наркотиками и наркоманами, старалась в меру своих сил убедить политиков и представителей органов власти не вступать на путь либерализации, а ввести жесткую политику контроля, одновременно увеличивая ассигнования на лечение зависимых. Одним из наиболее выдающихся деятелей того времени стал «социальный врач» Нильс Бейерут. Ему приходилось неоднократно сталкиваться с наркоманами в своей врачебной практике, и он знал, что давать наркоманам наркотики – все равно что подливать масло в огонь. Но как он ни пытался убедить ответственных лиц, его слова не были услышаны. В конце концов он пришел к выводу, что одних знаний и опыта недостаточно. Без нажима со стороны общественного мнения добиться изменений невозможно. Поэтому в 1969 году Бейерут выступил с инициативой создания организации «Всешведский союз за общество без наркотиков» (RNS). Эта организация с первого дня своего существования выступала за строгую ограничительную политику в отношении наркотиков, базирующуюся на контроле и предоставлении возможностей для лечения тем, кто в нем нуждается.

Годом ранее, в 1968 году, в Стокгольме была создана родительская организация против наркотиков FMN, первая организация такого рода в мира. Родители, сами столкнувшиеся с проблемой наркотиков в собственной семье, объединились, чтобы помочь друг другу и изменить политику государства в сторону более строгого контроля за наркотиками. RNS и FMN связывает многолетнее сотрудничество. Они, без сомнения, являются на сегодняшний день наиболее влиятельными антинаркотическими организациями в Швеции. В 70-е годы двадцатого века далеко не все поддерживали призывы к ужесточению контроля. Только к концу десятилетия в дебатах наметился ощутимый поворот в сторону жесткого ограничительного курса. На этом этапе политики и представители органов власти начали, наконец, прислушиваться к нашим аргументам, и в стране наметились изменения.

В начале 1980 года верховный прокурор страны разослал всем прокурорам письмо, в котором указывалось на недопустимость закрытия дел по хранению наркотиков в небольших количествах, чего в течение нескольких лет добивалась организация RNS. В результате полиция стала задерживать тех, кто имел при себе небольшое количество наркотиков, предназначенное для личного потребления. В полиции стали создаваться уличные наркопатрули с целью помешать существованию мелкого наркорынка. В течение всех 80-х годов злоупотребление наркотиками в Швеции снижалось, что, разумеется, объяснялось многими причинами, однако позиция полиции и прокуроров имела в этом процессе решающее значение.

В восьмидесятые годы немалые средства были вложены также в реабилитацию наркоманов. Наиболее выдающимися в этой области оказались несколько реабилитационных центров, известных под названием Хассела (это название местности, где был создан первый центр такого рода). Ассоциация Хассела выступала за ограничительную линию в дебатах о наркотиках и настаивала на сохранении принудительного лечения для наркоманов в случае необходимости. В конце 70-х годов на телевидении был показан фильм, снятый в Хассела – он вызвал широкий отклик шведской публики. Представления многих шведов о том, что такое наркотики и наркоманы, строятся на том, что они увидели в фильме.

В начале 90-х годов Швецию, как и многие другие страны мира, охватил широкомасштабный экономический кризис. Поскольку в течение 80-х годов наркомания в стране постепенно сокращалась, политикам показалось уместным значительно сократить расходы на борьбу с наркотиками. Наша организация протестовала против этих сокращений, однако это не помогло. Сокращения задевали все общество, граждане были обеспокоены собственными интересами, собственной семейной экономикой, школой для своих детей и т.д.

Разумеется, через несколько лет кривая наркомании снова пошла вверх, когда общество уже не было так хорошо вооружено в борьбе с ней. В течение десяти лет цифры по наркомании постоянно росли, и только около 2000 года остановились на одном уровне. Трудно с точностью сказать, как именно обстоит дело, но, хотя проблемы Швеции относительно невелики по сравнению с другими странами, по мнению самих шведов, они очень тревожны и необходимо приложить большие усилия, чтобы остановить распространение наркомании.

В последние годы проблема наркотиков снова стала широко обсуждаться в Швеции. Хотя конкретных политических мер пока не наблюдается, политики снова стали прислушиваться к нам. На последних выборах вопрос стал предметом обсуждения, и после выборов правительство подготовило решение о дополнительном финансировании работы по профилактике наркомании. Мы, члены антинаркотических организаций, не упускаем случая напомнить об этом и надеемся, что оппозиционные партии тоже заметят это и сделают на следующих выборах наше дело своим делом. У нас есть немало оснований думать, что именно так оно и будет.

В последние годы возник неформальный альянс антинаркотических организаций различной направленности, которые успешно сотрудничают при проведении акций. Я назову эти организации, чтобы дать некоторое представление о картине общественных организаций Швеции.

RNS и FMN я уже называл выше. Можно добавить, что RNS – организация, занимающаяся исключительно созданием общественного мнения и вопросами антинаркотической политики. Наша линия – не принимать государственных дотаций, чтобы остаться независимыми от тех, кто принимает решения в области наркополитики. Наша организация существует за счет членских взносов, средств из частных фондов и предприятий-спонсоров. RNS имеет лишь небольшую группу сотрудников на зарплате в Стокгольме, вся остальная деятельность осуществляется на общественных началах.

Основная задача FMN – помогать родителям детей-наркоманов. Эта организация принимает государственные и муниципальные дотации, чтобы иметь возможность содержать персонал, оказывающий такую помощь, по всей Швеции.

Такая организация, как ECAD, и вовсе не нуждается в представлении, однако интересно отметить, что ECAD в Швеции часто принимает участие в мероприятиях, организованных другими антинаркотическими организациями. ECAD финансируется за счет взносов городов-участников.

Новая и относительно небольшая организация – «Шведские иммигранты против наркотиков» (SIMON). Она имеет несколько местных отделений в разных уголках Швеции, но ее экономические позиции слабоваты. Организация проводит профилактические проекты в районах компактного проживания иммигрантов, на которые получает финансирование от государства.

KRIS («Возвращение бывших преступников в общество») – товарищеская организация бывших преступников, порвавших с наркотиками и преступным миром и желающих помочь другим сделать то же самое. Эта организация выросла и встала на ноги в рекордно короткие сроки, имеет свои местные отделения во многих местах и является важным действующим лицом в политических дебатах. Эта организация получает дотации от государства на свою деятельность вообще, а также гранты на проведение проектов в тюрьмах.

Многие члены организации KRIS ходят на собрания организации анонимных наркоманов (NA), которая является организацией, родственной движению Анонимных алкоголиков (AA). Эти организации никогда не участвуют в политических дебатах, так как опасаются противоречий в политических вопросах, которые могли бы ослабить организацию и помешать ей выполнять свою главную функцию, когда бывшие наркоманы помогают другим наркоманам взять под контроль свою зависимость. Средства для осуществления своей деятельности NA и AA практически не нужны, так как вся работа в них ведется на общественных началах. Однако им необходимы помещения для проведения своих собраний, в чем им нередко помогают другие организации, муниципалитеты или церковь.

Крупнейшая организация трезвенников в Швеции называется IOGT-NTO. В ней по-прежнему немало членов, хотя их среднестатистический возраст достаточно высок. Организация участвует в борьбе с распространением наркотиков через акции и в иных формах. Организация принимает дотации от государства, однако и без этого имеет прочное экономическое положение. Во-первых, организация существует за счет прежних средств, помещенных в недвижимость и фонды, во-вторых, ежегодно проводит лотереи, дающие большую прибыль.

Хассела имеет собственную организацию, объединяющую сотрудников и клиентов. Организация проводит обучающую деятельность и активно работает в Интернете, распространяя информацию на шведском и английском языках. Хассела тяготеет к социально-демократической партии, чем отличается от остальных организаций, которые провозглашают «политический и религиозный нейтралитет» (понятие, введенное в обращение IOGT-NTO).

В заключение хочу подчеркнуть, как я уже сказал в начале, что когда общественным организациям удавалось влиять на антиалкогольную и антинаркотическую политику, она становилась более строгой. Когда влияние народа ослабевает, политика становится более терпимой, что ведет к росту злоупотребления. Разумеется, реальность – вещь куда более сложная, но я хотел тем самым обрисовать основные линии исторического развития в Швеции. Думаю, в России необходимо так же создавать общественное мнение по данному вопросу – в более организованной форме, чем это есть на сегодняшний день. Конечно, ситуация в России будет развиваться иначе, так как у России своя история. Однако в каком бы уголке нашей земли мы ни жили, есть вещи достаточно универсальные, которые касаются всех нас. Хорошие граждане должны собраться вместе ради хорошего дела. В некоторые периоды дела идут туго, и иногда может возникнуть чувство отчаяния. Тут уместно будет вспомнить восточную мудрость – мы склонны преувеличивать то, что можно успеть сделать за один год, но недооценивать то, что можно успеть сделать за десять лет.

Из вопросов к докладчику

Вопрос:Недавно в Мальме состоялась конференция по проблемам наркозависимости. На нее съехались представители более 50 организаций, а представителей трех крупных общественных организации там не было. Почему?

Ответ: Отчасти это произошло случайно, отчасти намеренно. Эта конференция была организована властями, и предполагалось, что мы должны прослушать, как успешно власти борются с наркопотреблением. К тому же в тот момент нам просто не хватало средств на адекватную презентацию своей организации. В марте состоится другая конференция, вот в ней мы планируем принять участие по полной программе. Мы считаем, что мы можем научить власть правильно работать.

Вопрос:Откуда у общества трезвости деньги?

Ответ: Это старые деньги общества, некогда пущенные в рост и дающие ныне доход, а также средства от проводимых ими лотерей. Существует и практика членских взносов – в обществе сейчас около 50 тысяч членов. Вроде бы много, но были времена, когда их было 200 000.

Вопрос:Чем вызвано уменьшение количества членов организации?

Ответ: Если говорить о нашей организации, то как только государство официально признало RNS, интерес к ней со стороны граждан уменьшился.

Вопрос: Существует ли в Швеции принудительное лечение наркомании?

Ответ: В ограниченных масштабах и только для подростков. Считается, что взрослый человек всегда в состоянии сделать осознанный выбор. Нельзя сделать человека счастливым насильно.

Начало семинару положило краткое выступление депутата Законодательного собрания Санкт-Петербурга И.Б.Матвеева, затем шведский эксперт Пер Юханссон рассказал об истории развития общественных организаций в Швеции. Тексты их выступлений размещены на страницах этого выпуска журнала.

Затем перед собравшимися выступил заведующий кафедрой конфликтологии философского факультета Санкт-Петербургского университета профессор А.И.Стребков. Он сказал, что вскоре мир неизбежно придет к пониманию необходимости координации усилий в борьбе с нарко- и другими угрозами, встающими теперь уже перед всем человечеством, и анонсировал предстоящий конгресс конфликтологов, подчеркнув его роль в деле борьбы с наркоэпидемией.

Настал торжественный момент: Г.В.Зазулин, на правах представителя ECAD в России, вручил сертификаты слветника ECAD О.В.Мандрусову, представителю общественной организации «Родители против наркотиков» из Нижнего Новгорода, и С.В.Ширшову, начальнику отдела координации работы по профилактике и борьбе с наркоманией администрации Екатеринбурга.

После небольшого перерыва с докладом выступила представительница шведской общественной организации «Семьи без наркотиков» Гунвор Харью, обрисовавшая сложившийся в организации взгляд на проблему наркомании.

Заведующий кафедрой конфликтологии философского факультета Санкт-Петербургского университета профессор А.И.Стребков. Георгий Васильевич Зазулин  вручил  присутствующим на семинаре С.В.Ширшову, начальнику отдела координации работы по профилактике и борьбе с наркоманией администрации Екатеринбурга, и О.В.Мандрусову, представителю общественной организации «Родители против наркотиков» из Нижнего Новгорода, сертификаты советника организации ECAD за проводимую ими активную антинаркотическую деятельность.

Заведующий кафедрой конфликтологии философского факультета Санкт-Петербургского университета профессор А.И.Стребков.

Георгий Васильевич Зазулин вручил присутствующим на семинаре С.В.Ширшову, начальнику отдела координации работы по профилактике и борьбе с наркоманией администрации Екатеринбурга, и О.В.Мандрусову, представителю общественной организации «Родители против наркотиков» из Нижнего Новгорода, сертификаты советника организации ECAD за проводимую ими активную антинаркотическую деятельность.

Вторую половину семинара планировалось посвятить выступлениям представителей регионов. Начало разговору положило выступление Г.В.Зазулина, одного из организаторов семинара, в качестве представителя федерального уровня. Затем с докладом о деятельности общественных структур в сфере социального контроля наркотиков выступила доктор социологических наук Г.И.Саганенко, представитель СПб РОО «Матери против наркотиков «Азария»».

Завершился семинар серией кратких выступлений участников семинара из Екатеринбурга, Татарстана, Нижнего Новгорода, города Ступино Московской области…

Жаль, что не всем удалось сказать в тот день свое слово собравшимся, но надеемся что семинар в целом никого не разочаровал, а для многих имел положительный эффект.



© ECAD Россиия 2000-2004